Между тем, в нефтяную аналитику все активнее проникает «черный» PR, а отраслевые эксперты могут с ходу назвать пару-тройку «специалистов», способных за небольшую мзду превратить в Чикатило любого участника рынка или, к примеру, «доказать», что стремление диверсифицировать источники топлива – не более чем желание нечистых на руку бизнесменов уйти от уплаты налогов. Нередки случаи, когда информационными и политическими рейдерами блокируется публичное озвучивание профессиональными экспертами достоверных данных и прогнозов, способных рассеивать «облачность». Ведь исключены же представители гражданского общества из состава отраслевой экспертно-аналитической группы при Кабинете Министров.

При этом на энергетическом рынке наблюдаются две встречные тенденции. С одной стороны, внутренняя система управления транснациональными корпорациями становится похожей на систему управления государством. В свою очередь, органы государственной власти приобретают все больше коммерческих черт, проявляющихся в таких внешних признаках, как турникеты на входе, банковские системы коммуникаций, ограничения свободы слова, подобные ограничениям по озвучиванию коммерческой тайны. Развитие подобных тенденций лишает голоса не только представителей гражданского общества, блокируемых информационными рейдерами, но и государственных служащих среднего звена, мэров городов, советников и консультантов первых лиц.

Отмечаются признаки распространения влияния энергетических корпораций, аффилированных с ними компаний и физических лиц, на структуры, в функции которых входит государственный контроль над их деятельностью. Вспомним, хотя бы попытку создания надправительственной экспертной группы с первым помощником Президента во главе или странное лоббирование первыми лицами государства откровенно подозрительных газовых посредников. Наряду с этим создается видимость налаживания «гражданской контрольной вертикали», однако «диалог с обществом» организуется, как правило, через одних и тех же лиц.

Ситуация осложняется тем, что в топливно-энергетическом комплексе растет доля непрофессионалов. На смену прежним управленцам приходят менеджеры-политики, не имеющие достаточного опыта и специальных знаний, не разбирающиеся в нефтегазовых технологиях, плохо представляющие специфику работы рынка и дипломатические нюансы энергодиалога. Топ-менеджеры нередко не знают, что реально происходит внутри руководимых ими организаций, и становятся заложниками монополизации информации, затрудняющей перепроверку правдивости данных, представляемых их же подчиненными. В таких условиях фактическое лидерство в ТЭК переходит к представителям внешнего управления: политикам, политологам, политтехнологам, свободным от какой-либо ответственности перед обществом за предлагаемые ими решения. Вместе с ними в топливный (как частный, так и государственный) менеджмент привносится и политическая суета, ментальность временщиков, технологии «заметания следов» путем создания «поля постоянных перемен», оправдание негативных последствий управленческих решений «непредсказуемостью нефтяного рынка».

За примерами далеко ходить не надо. Достаточно вспомнить бывшего директора завода железобетонных конструкций, обещавшего показать, «как нужно руководить государственной компанией», и вогнавшего ее в миллиардные долги. Или политика романиста, «призванного взорвать (и таки взорвавшего) СБУ изнутри». Или бывшего комсомольского работника, который вознамерился в перерыве между «евровидениями» навести порядок с ценами. Или будущего премьера, чье умение вводить страну в состояние «всеобщей вздрюченности», похоже, еще не раз сыграет на руку организаторам антиукраинских информационных атак.